Выработанные европейской цивилизацией концепции национальных интересов как совокупности общих интересов граждан национального государства и национальной безопасности, как системы государственной защиты этих интересов, личности, собственности, основываются на реально существующем в развитых странах гражданском обществе. Признанные к концу XX века практически во всем мире демократические институты обеспечивают приближение к такому порядку, при котором народ если и не полновластно распоряжается своей судьбой, то, по крайней мере, не целиком лишен такой возможности.

В дореволюционной России концепция национальных интересов имела форму утверждения монархического строя. Тогда сущность государства определялась формулой «самодержавие — православие — народность». После Октябрьской революции 1917 года концепция национальных интересов оказалась невостребованной уже из-за ориентации на интернационализм. Таким образом, можно считать, что к моменту распада СССР в 1991 году в России отсутствовала целостная концепция национальных интересов и их защиты.

В идеологии Советского государства доминирующее положение среди всех интересов занимали классовые интересы, что объяснялось известным положением марксистско-ленинской философии об объяснении всех интересов, исходя из классовых: «люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов».